Дело спятившей кикиморы

My-shop.ru - детский Интернет-магазин

сказка про кикимору

Начало

– Эт-та кто кикимора? Эт-та я кикимора? Ха-а! – то ли закашлялась, то ли засмеялась зеленая остроносая баба, бочком сидевшая на кочке. Потом побагровела, сдвинула брови и заверещала:

– Да я тебя утоплю! Прямо сейчас утоплю! Жить надоело, шастает тут, к порядку призывает!

Полещук сидел на пне посреди болота и с тоской думал, что взбесившаяся нечисть запросто утащит на дно, а то и в водяного обратит, с нее станется. Со дна подняться можно, прецедент с Аленушкой и братом-козлом хорошо известен. А из водяного самому не превратиться; придется помощи просить, насмешек будет – мама не горюй, и на телефоны снимут, и в интернет отправят. Популярность такая популярность, стань звездой ю-туба.

Сюда его привел блуждающий огонек, он и сигнал подал – дескать, бушуют кикиморы, жить спокойно не дают. Привести привел, а сам пропал. Скрылся, поганец, практически с места преступления. И на службе никто не в курсе, заявление Полещук сам принимал, сам и на проверку отправился. Ну чудит себе бабка, сезонное какое изменение поведения, прийти, пригрозить взысканием, может, огнем шугануть – сколько там ей надо.

Худое чучело перед ним скалилось и кривлялось. Кости кое-где проглядывали сквозь кожу. Тина длинными прядями свисала с волос и плеч.

И уже третий час Полещук не мог уйти с этого места. Куда ни ступал – везде открывались бездонные болотные окна. Кикимора и слушать ничего не хотела, абсолютно аморальный элемент. Сидит тут, стережет, чтоб кто близко подошел, а то и манит, детским голосом плачет. Женщина одна деревенская чуть не утопла, спасибо, мавки набежали-вытащили. Они хоть и пакостят, но понятие имеют. А эта…

– Так как, говоришь, звать-то тебя? – на всякий случай попробовал еще раз достучаться старшина. Обычно после этого вопроса кикиморы тушевались и предпочитали тихонько скрыться. Врать на прямой вопрос они не могли, а назвать имя тем более – каждый, кто знает его, получает полную власть над жительницей болот. Эта же попалась какая-то ненормальная.

– А ты мне вот что лучше скажи, служивый, – не обращая никакого внимания на секретный вопрос, продолжала кикимора. – Ты с чего это решил меня пугать? Бессмертный али малахольный?

Говорила она вроде ласково, но раздувалась и росла, нависая над Полещуком. Дело дрянь.

– Поступил сигнал, что хулиганите, – скучным казенным голосом отчитался Полещук. –Обязаннавестить и доложить о результатах.

– Ну так что ж ты сразу ругаться? Кричит, требует. Ты что, не знаешь, как с женщинами разговаривать? Или я не женщина, по-твоему? Или ты вообще нас, женщин, за равных не держишь?

Кикимора накручивала себя, из худой полуживой старушонки успела вырасти в здоровеннуютварь, метров 5, не меньше. Изогнулась, нависла, потянулась костлявой рукой к старшине:

– Сейчас я тебя научу вежливости, сейчас. На всю жизнь Иларию запомнишь.

Полещук спокойно ждал. Даже моргать перестал, смотрел с интересом. Когда кикимора, не ожидавшая такой реакции, остановилась, еще и подначил:

– Гражданка, не затягивайте. Давайте-давайте, вперед, у меня служба, я ж тут до завтра сидеть не буду.

Кикимора взвыла и всей массой обрушилась на него. Подхватила, подбросила. Зажала в руках, сдавила, торжествующе засмеялась – что, съел?

– Илария, именем Макоши, прекрати! – болтающийся вверх ногами старшина был суров и непреклонен. Как на допросе.

– А ты мне Макошью не грози, не грози, служивый! Мне и Макошь не указ! – торжествуя, завопила огромная, раздутая ведьма и подняла руки, собираясь раздавить Полещука. Совершить, так сказать, преступление против закона.

Старшина напряг мышцы и приготовился к удару о воду. Может, на сдвинутую нечисть обычные методы не действуют?

Белые, витые клубы тумана поднялись от воды и прочными узлами обхватили заартачившуюся кикимору. Она удивленно задержалась на секунду, а потом с гиканьем обрушилась в воду. Ну, или попыталась обрушиться. Пряди натянулись струной, сминали, скручивали, комкали тело, рвали на куски, утаскивали с собой. Макошь, до крайности сознательная и могущественная, не переносила, когда к ней проявляли неуважение.

Под собственный визг и плач кикимора стремительно уменьшалась, съеживалась, пыталась вырваться. Но туман все сильнее обволакивал, сматывал в клубок. Кости ломались с хрустом, клоки волос, водоросли разлетались в разные стороны. Наконец, от нечисти остался зеленый смердящий комок, с двумя разбежавшимися в разные стороны глазами и вопящим ртом. Через секунду, с легким хлопком, туманные пряди исчезли, забрав с собой ведьму.

Полещук «звездочкой» лежал на хлюпающей трясине, раскинув руки-ноги. Немного выждал, потом осторожно нащупал дно. Глубина оказалась всего ничего, сантиметров 20. Никаких «окон», никаких ям. Просто грязь, топкое место.

– В отчете так и напишу – сопротивление асоциального элемента оперативно смято и подавлено, – решил старшина и замахал руками, подзывая блуждающие огни. Те как раз показались на горизонте, пугливо прячась за деревьями.

*

Продолжение

Навигация

Предыдущая статья: ←

Следующая статья:

Пост!
Свежие комментарии
Мы вКонтакте
Архивы
© 2017 Любимые сказки из детства
sac goyard pas cher sac goyard pas cher sac goyard pas cher sac goyard pas cher sac goyard pas cher woolrich outlet woolrich outlet woolrich outlet woolrich outlet woolrich outlet moncler outlet moncler outlet moncler outlet moncler outlet moncler outlet peuterey outlet peuterey outlet peuterey outlet peuterey outlet peuterey outlet
Яндекс.Метрика