АТЛАНТИДКА

My-shop.ru - детский Интернет-магазин

Атлантидка и гном

– Атлантидка, Атлантидка! Ты страшная и синяя, слепая льдинка! – каждый день дразнили мальчишки маленькую девочку, просящую милостыню возле Церкви. Они бросали ей прямо в лицо то снегом, то песком, то чем попало, лишь бы сильнее обидеть её. А она молча вытирала личико крошечными ручками не только от грязи, а и от слезинок, которые всегда текли от обиды и тяжёлой жизни.

Её богатые родители отказались от неё, когда узнали, что девочка родилась слепой. Они тут же выбросили её под ворота Монастыря с запиской и деньгами: "Её зовут Атлантида".

А там, сколько она себя помнила, столько страдала...

От постоянного недоедания и недосыпания, она была очень маленькая и худенькая, но очень хорошенькая. У неё были чёрные, как смоль, длинные вьющееся волосы, огромные зелёные, но абсолютно слепые глаза, правильные губки и голос певчей птички.

Люди слушали её жалостливые песни, умиляясь ангельским голосочком, но боялись смотреть на неё:

– Маленькая дьяволица!

– Ой Боже! Её сатанинские глазищи прямо на меня сегодня смотрели, – болтали сплетницы.

– Её точно ведьма родила. А как увидела ребёнка, так видно сама испугалась и нам принесла. Она же ничего не видит, а всё понимает больше зрячих, – шептались между собой монашки в Монастыре.

А поп Еримей и вовсе ненавидел Атлантиду. Данные за неё большие деньги он присвоил себе, потому что был очень жадным и вредным человеком. Он никого в своей жизни не любил, кроме своего ненасытного пуза. Все монашки боялись его, а сиротские дети ненавидели. Он был очень жесток с ними и называл себя Богом:

– Атлантида! Бесовское дитя с чёртовым именем! Опять мало денег сегодня заработала! Придумай новую песню, чтобы прохожие рыдали и больше давали. Тебе уже целых семь лет! Я что, до твоей старости должен кормить тебя? Да лучше я отдам тебя, слепая курица, на съедение волкам в это Рождество. Хоть им подарок будет и польза от тебя! – кричал поп, а сам довольный пересчитывал деньги, мечтая, как их сегодня потратит в таверне. Ведь завтра знаменитая Атлантида опять принесёт много, но она же не знает этого...

– Простите батюшка, я сегодня только кусочек хлеба съела за весь день. А воду в вашем колодце даже не тронула, а из лужи попила. Пощадите, не отдавайте волкам.

– А лужа возле Церкви?

– Да, батюшка.

– А Церковь моя?

– Конечно ваша. – испуганно отвечала малышка.

– Значит и лужа моя! Ой! Боже! Одно разорение мне от подкидышей! Ты же сегодня выпила всю мою личную лужу! За что мне святому человеку такое наказание? Ведь каждый из вас, если выпьет по луже в день, сколько же я воды потеряю!

– Я только пару глоточков сделала, она же грязная.

– Живоглоты! Прожоры! Дармоеды! Такие как вы, сделают каждый по глоточку и океана не станет, а планета погибнет! Горе мне! Какая беда от детей на Земле! – причитал поп, а в душе умирал от смеха и представлял, что сегодня выпьет целую бочку вина и съест целого быка. Его живот уже был похож на огромный аквариум, в котором живут голодные акулы и огромные пираньи.

Атлантида была так слаба, что не всегда могла петь песни, а стояла облокотившись на забор и невидимым взглядом смотрела на горы, которые всегда были покрыты снегом и ждала...

А ждала она то, о чём злые монахини не умолкали каждый день:

– Ты, куриная слепота, нашего батюшку не зли. Он не ест и не спит из-за вас прожорливых мышей. Всё думает, как накормить и одеть вас голодранцев. Вот придёт за тобой Матушка-Лавина, будешь знать! Она каждый день наблюдает за тобой с гор и однажды спустится и слижет тебя своим огромным снежным языком, и ты окажешься в её ледяной пасти с зубами из огромных сосулек.

Близилось Рождество. У Атлантидки в этот большой праздник всегда душа умирала... Все веселились и пели весёлые песни, пахли пирогами все улицы города, а она мёрзла и ждала в этом году, как никогда, страшную и злую Матушку-Лавину.

Но девочка не догадывалась, что монашки просто пугают её, а вот кто на самом деле хочет её съесть на Рождество... Это был злой хищник – кондор. Самая большая и хищная птица в мире! Он следил каждый день из своего огромного гнезда в горах, как маленькая девочка слабеет. Он облизывал свой огромный клюв острым язычком и точил когти. Он так мечтал её съесть, что перестал летать на охоту и голодал, нервничал, не спал.

В Монастыре все монашки трудились день и ночь, готовясь к празднику. Особое внимание они уделяли приготовлению гуся и огромного сладкого пудинга. Сироты, только от подглядывания на эти волшебные вкусности, падали в обморок. Ведь всё готовилось не для них, а им так хотелось попробовать хоть крошку от пудинга или облизать косточку от гуся.

–  Атлантида! Быстро принеси ведро воды! – закричала мать-настоятельница.

Девочка с трудом его принесла, но поравнявшись со столом, споткнулась о ногу настоятельницы и, падая, ухватилась за скатерть и...

Пудинг распластался на полу, как русалка на пляже. Монашки увидев это, как закричат:

– Убили! Спасите! Помогите! Ай! Ой!

Настоятельница, придя в себя от шока, больно схватила Атлантиду за волосы и потащила к попу на ковёр:

– Беда, Батюшка! Великое горе! Эта ведьма специально сбросила наш ненаглядный пудинг со стола. Что теперь будет с нами? Ведь все мы остались без сладенького, на такой великий праздник! – притворно всплакнув, Матушка дала затрещину девочке.

Поп услышав это, весь позеленел, а голос его зазвенел как сто колоколов:

–  Ты это сделала нам всем на зло?

– Нет, что вы. Я же не видела где он стоит.

– Врёшь! Ты по запаху знала где он стоит! Ты же как крот – не видишь, а ешь за троих. В темницу! Молиться будешь целую ночь!

– Не надо! Я боюсь!

– Темноты? – засмеялись Матушка и поп во всё горло.

Девочка только понаслышке знала от детей про злых крыс, живущих в темнице. И сейчас, забившись в уголок, она рада была, что не видит их, а только слышит их страшный писк. Она закрыла уши ручками и ждала, когда они начнут её кусать, но вдруг услышала тоненький, но звонкий, как колокольчик голосок:

–  Атлантида, не бойся. Ты не одна. Я с тобой.

–  Кто ты? Крыса? Не кусай меня, пожалуйста!

–  Я – земляничный гном.

–  Как это земляничный? И как это гном? Я не верю в чудеса и сказки. Они только для маленьких и глупых детишек. А я уже большая девочка.

–  Конечно ты уже большая и очень хорошая девочка, но присмотрись внимательно... Видишь, ты сидишь на огромной лесной поляне, а вокруг полно спелой земляники. А здесь живу я и тут наш город.

Атлантида замерла, а потом горько расплакалась:

– Ты самый злой гном в мире! Я же сижу в темнице и слепая! Как ты можешь смеяться надо мной?

– Что ты, милое дитя, завтра ведь Рождество и мои братья прислали меня к тебе на первый экзамен. Я должен начать учиться, как исполнять желания людей.

– Это хорошо! Только ты иди наверх, ведь там много несчастных детишек и помоги им. Не сиди со мной в темнице. Ох! С какой бы радостью я съела бы тебя сейчас.

– За что? Меня нельзя есть, я же желание должен исполнить.

– Ты же земляничный! – облизнулась девочка. – А земляника такая вкусная! Ты, наверное, лопаешь её с утра до вечера, везёт тебе! А я, один раз в жизни пару ягод съела, и было мне так вкусно! Не передать словами! Почему я не родилась земляничной или клубничной, малиновой или вишнёвой феей?

– Потому что ты съела бы сама себя. – засмеялся гном.

– А теперь, загадай своё самое-самое желанное желание и я исполню его.

– Ты не справишься, потому что оно огромное, а ты маленький, как ягодка земляничка.

– Но ты же не знаешь на что я способен? Ты же не веришь в чудеса.

– Ладно. Зная, что ты мой чудный сон, я загадаю желание, но только чтобы тебя не обидеть. Не хорошо обижать маленьких.

Странная и волшебная ночь пролетела незаметно. Казалось, что даже злые крысы замолчали из-за того, что с интересом слушали разговор девочки и гнома.

Утром Атлантидка опять стояла на морозе и просила подаяние. Она вспоминала странную ночь и всё же сомневалась, что это был не сон. К вечеру люди стали расходиться по домам –  праздновать великий праздник, а девочка от голода и холода стала проваливаться в обморок и вдруг почувствовала, что она взлетела... И летит по-настоящему! Но не легко и приятно, как во сне, а как-то уж очень больно в плечах. Она громко начала кричать болтая руками и ногами. Птица-кондор испугалась, ослабила хватку своих лап и ...в них осталось только пальтишко девочки, а ребёнок выскользнул, как конфетка из обёртки.

– Владимирушка, любый мой, сколько же годков ты плакать меня заставляешь? Для кого все сугробы почистил? Для кого опять ёлку такую большую украшаешь и кому подарки под ней?

– Не ворчи Марусенька, да и хватит плакать. Ты лучше со мной вместе помечтай, что это всё для деточек наших родненьких. Представь, как бы радовались они такой красоте! А как бы были счастливы мы. – мужчина смахнул со щеки крупную и одинокую слезу.

– Сугроб у тебя какой-то странный в этом году получился. Будто ждёшь кого-то с небушка.

– Да. В этом году зимушка богата снегом. А снег мягкий, да пушистый как пух. Кто ни упади, как на перину приземлился бы.

– Эх, мечтатель! Хоть бы ангел на небе споткнулся, да на твой сугроб упал. Так нет же, все забыли про нас. Ни кому мы с тобой не нужны. Будем на старости лет куковать одни-одинёшеньки. Кроме снежинок к нам в гости никто не летит. А с такими гостьями и чаю с пирожками не попьёшь. – Маруся горько вздохнула, да хотела в дом пойти погреться, как вдруг...

Владимир помчался к сугробу быстрее ветра. Что же это могло упасть с неба? А Маруся вся окаменела в ожидании.

– Дочь! Это наша дочка! Маруська, скорей беги сюда! Господи! Спасибо! – кричал мужчина на весь мир от радости нежданной.

– Атлантидка! Просыпайся! Это опять я. Ты спишь уже три дня и три ночи, а тебя здесь очень ждут.

– Уходи. Я не хочу больше никогда просыпаться.

– Ты должна проснуться, ведь я исполнил твоё желание. Открой глазки и убедись сама.

– Я боюсь. – произнесла девочка вслух.

Владимир с Марусей подбежали к девчушке:

– Милая, не бойся. Это же мы – твои мама и папа. Ангелочек ты наш! Звёздочка Рождественская! Снежинка наша золотая!

Атлантидка приоткрыла один глаз и, увидев мужчину и женщину, сразу закрыла его от страха. А тут знакомый голосок:

– Теперь ты веришь мне? Чудеса существуют!

– Я вижу?

– Да, теперь ты должна обязательно всё видеть. Трудные времена прошли и настали счастливые.

– А моя семья не волшебная? Они не исчезнут после Рождества?

– Нет, конечно нет. Они самые настоящие, как и твоя новая замечательная жизнь.

Атлантида открыла глазки и внимательно осмотрелась вокруг, а потом посмотрела на родителей и звонко закричала:

– Здравствуйте мамочка и папочка!

– Здравствуй дорогая доченька! Любимая наша и долгожданная! Счастье наше! Ангелочек! – все целовали друг друга от радости и нацеловаться не могли.

– Я всегда верил в чудо, а вот и подарок для тебя имеется! Открой. – радостно сказал мужчина.

Атлантида вся дрожала от волнения, потому что это был первый подарок в её жизни. Она открыла коробку, а там... Настоящая земляничная поляна, новогодняя ёлка и стол с угощениями. А за ним сидят гномы, маленькие как мурашки и девочка слышит их разговор:

– Аркаша, расскажи, как тебе удалось исполнить желание этой несчастной девочки? Оно же было невыполнимо. А её глаза? Это даже старому и опытному гному не под силу.

– Про нас же люди только сказки сказывают, да легенды сочиняют. Я собрал все свои и ваши силы, лентяи, и у меня всё получилось. И ещё дух Рождества мне помогал.

– Эй! Почему это мы лентяи? – разозлились земляничные товарищи.

– А скольким детям вы могли бы помочь? А вместо этого – объедаетесь земляникой и играете в игры.

– Да ты знаешь, какие сейчас дети пошли? А какие трудные у них желания? Я одного мальчика послушал, так волосы сразу седые стали.

– У тебя они уже триста лет седые, Гоша.

– Так они ещё седее стали. – не унимался старый гном.

– Теперь я знаю, какие у детей желания. И когда очень хочешь помочь, то всё обязательно получится. – Аркаша подмигнул Атлантидке и помахал рукой на прощание.

Она счастливо засмеялась, а потом лишь моргнув, увидела, что всё исчезло, а в коробке лежит огромный игрушечный гном.

– Я назову его Аркаша! – продолжала смеяться девочка и целовать счастливых родителей.

 

Пост!
Свежие комментарии
Мы вКонтакте
Архивы
© 2017 Любимые сказки из детства
Яндекс.Метрика