Алладин и волшебная лампа (часть 3)

My-shop.ru - детский Интернет-магазин

Алладин в пещере

Предыдущая глава

Алладину не оставалось никакой надежды на спасение, и он приготовился умереть.

Он сел на ступеньку лестницы, опустил голову на колени и в горе стал ломать руки. Случайно он потер кольцо, которое магрибинец надел ему на палец, когда спускал его в подземелье.

Вдруг земля задрожала, и перед Алладином вырос страшный джинн огромного роста. Голова его была как купол, руки – как вилы, ноги – как придорожные столбы, рот – как пещера, а глаза его метали искры.

– Чего ты хочешь? – спросил джинн голосом, подобным грому. – Требуй – получишь.

– Кто ты? Кто ты? – закричал Алладин, закрывая себе лицо руками, чтобы не видеть страшного джинна. – Пощади меня, не убивай меня!

– Я – Дахнаш, сын Кашкаша, глава всех джиннов, – ответил джинн. – Я раб кольца и раб того, кто владеет кольцом. Я исполню все, что прикажет мой господин.

Алладин вспомнил о кольце и о том, что сказал магрибинец, давая ему кольцо. Он собрался с духом и произнес:

– Я хочу, чтобы ты поднял меня на поверхность земли!

И не успел он вымолвить этих слов, как очутился на земле у потухшего костра, где они с магрибинцем были ночью. Уже настал день, и солнце ярко светило. Алладину показалось, что все, что с ним случилось, было только сном. Со всех ног побежал он домой и, запыхавшись, вошел к своей матери. Мать Алладина сидела посреди комнаты, распустив волосы, и горько плакала. Она думала, что ее сына уже нет в живых. Алладин, едва захлопнув за собой дверь, упал без чувств от голода и усталости. Мать побрызгала ему на лицо водой и, когда он пришел в себя, спросила:

– О Алладин, где ты пропадал и что с тобой случилось? Где твой дядя и почему ты вернулся без него?

– Это вовсе не мой дядя. Это злой колдун, – сказал Алладин слабым голосом. – Я все расскажу тебе, матушка, но только сперва дай мне поесть.

Мать накормила Алладина вареными бобами – даже хлеба у нее не было – и потом сказала:

– А теперь расскажи мне, что с тобой случилось и где ты провел ночь?

– Я был в подземелье и нашел там чудесные камни.

И Алладин рассказал матери все, что с ним было. Окончив рассказ, он заглянул в миску, где были бобы, и спросил:

– Нет ли у тебя еще чего-нибудь поесть, матушка? Я голоден.

– Нет у меня ничего, дитя мое. Ты съел все, что я приготовила и на сегодня, и на завтра, – грустно сказала мать Алладина. – Я так горевала о тебе, что не работала, и у меня нет пряжи, чтобы продать на рынке.

– Не горюй, матушка, – сказал Алладин. – У меня есть лампа, которую я взял в подземелье. Правда, она старая, но ее все-таки можно продать.

Он вынул лампу и подал ее матери. Мать взяла лампу, осмотрела ее и сказала:

– Пойду почищу ее и снесу на рынок: может быть, за нее дадут столько, что нам хватит на ужин.

Она взяла тряпку и кусок мела и вышла во двор. Но как только она начала тереть лампу тряпкой, земля задрожала и перед ней появился огромного роста джинн. Мать Алладина закричала и упала без чувств. Алладин услышал крик и заметил, что в комнате потемнело. Он выбежал во двор и увидел, что его мать лежит на земле, лампа валяется рядом, а посреди двора стоит джинн, такой огромный, что головы его не видно. Он заслонил собою солнце, и стало темно, как в сумерки.

Алладин поднял лампу, и вдруг раздался громовой голос:

– О владыка лампы, я к твоим услугам.

Алладин уже начал привыкать к джиннам и поэтому не слишком испугался. Он поднял голову и крикнул как можно громче, чтобы джинн его услышал:

– Кто ты, о джинн, и что ты можешь делать?

– Я Маймун, сын Шамхураша, – ответил джинн. – Я раб лампы и раб того, кто ею владеет. Требуй от меня, чего хочешь. Если тебе угодно, чтобы я разрушил город или построил дворец, – приказывай!

Пока он говорил, мать Алладина пришла в себя и, у видя возле своего лица огромную ступню джинна, похожую на большую лодку, закричала от ужаса. А Алладин приставил руки ко рту и крикнул во весь голос:

– Принеси нам две жареные курицы и еще что-нибудь хорошее, а потом убирайся. А то моя мать тебя боится. Она еще не привыкла разговаривать с джиннами.

Джинн исчез и через мгновение принес стол, покрытый прекрасной кожаной скатертью. На нем стояло двенадцать золотых блюд со всевозможными вкусными кушаньями и два кувшина с розовой водой, подслащенной сахаром и охлажденной снегом. Раб лампы поставил стол перед Алладином и исчез, а Алладин с матерью начали есть и ели, пока не насытились. Мать Алладина убрала остатки еды со стола, и они стали разговаривать, грызя фисташки и сухой миндаль.

– О матушка, – сказал Алладин, – эту лампу надо беречь и никому не показывать. Теперь я понимаю, почему этот проклятый магрибинец хотел получить только ее одну и отказывался от всего остального. Эта лампа и еще кольцо, которое у меня осталось, принесут нам счастье и богатство.

– Делай, как тебе вздумается, дитя мое, – сказала мать, – но только я не хочу больше видеть этого джинна: уж очень он страшный и отвратительный.

Через несколько дней пища, которую принес джинн, кончилась, и Алладину с матерью опять стало нечего есть. Тогда Алладин взял одно из золотых блюд и пошел на рынок его продавать. Это блюдо сейчас же купил торговец драгоценностями и дал за него сто динаров.

Алладин весело побежал домой. С этих пор, как только у них кончались деньги, Алладин шел на рынок и продавал блюдо, и они с матерью жили, ни в чем не нуждаясь. Алладин часто сидел на рынке в лавках купцов и учился продавать и покупать. Он узнал цену всех вещей и понял, что ему досталось огромное богатство и что каждый камешек, который он подобрал в подземном саду, стоит дороже, чем любой драгоценный камень, какой можно найти на земле.

Однажды утром, когда Алладин был на рынке, вышел на площадь глашатай и закричал:

– О люди, заприте свои лавки и войдите в дома, и пусть никто не смотрит из окон! Сейчас царевна Будур, дочь султана, пойдет в баню, и никто не должен видеть ее!

Купцы бросились запирать лавки, а народ, толкаясь, побежал с площади. Алладину вдруг очень захотелось поглядеть на царевну Будур – все в городе говорили, что прекраснее ее нет девушки на свете. Алладин быстро прошел к бане и спрятался за дверью, так, чтобы его никто не мог увидеть.

Вся площадь вдруг опустела. И вот на дальнем конце площади показалась толпа девушек, ехавших на серых мулах, оседланных золотыми седлами. У каждой был в руках острый меч. А среди них медленно ехала девушка, одетая пышнее и наряднее всех других. Это и была царевна Будур.

Она откинула с лица покрывало, и Алладину показалось, что перед ним – сияющее солнце. Он невольно закрыл глаза.

Царевна сошла с мула и, пройдя в двух шагах от Алладина, вошла в баню. А Алладин побрел домой, тяжко вздыхая. Он не мог забыть о красоте царевны Будур.

"Правду говорят, что она прекраснее всех на свете, – думал он. – Клянусь своей головой – пусть я умру самой страшной смертью, если не женюсь на ней!"

Он вошел к себе в дом, бросился на постель и пролежал до вечера. Когда его мать спрашивала, что с ним, он только махал на нее рукой. Наконец она так пристала к нему с расспросами, что он не выдержал и сказал:

– О матушка, я хочу жениться на царевне Будур, а иначе я погибну. Если ты не хочешь, чтобы я умер, пойди к султану и попроси его выдать Будур за меня замуж.

– Что ты такое говоришь, дитя мое! – воскликнула старуха, – Тебе, наверное, напекло солнцем голову! Разве слыхано, чтобы сыновья портных женились на дочерях султанов! На вот, поешь лучше молодого барашка и усни. Завтра ты и думать не станешь о таких вещах!

– Не надо мне барашка! Я хочу жениться на царевне Будур? – закричал Алладин. – Ради моей жизни, о матушка, пойди к султану и посватайся за меня к царевне Будур.

– О сынок, – сказала мать Алладина, – я не лишилась ума, чтобы идти к султану с такой просьбой. Я еще не забыла, кто я такая и кто ты такой.

Но Алладин до тех пор упрашивал мать, пока она не устала говорить "нет".

– Ну, хорошо, сынок, я пойду, – сказала она. – Но ты ведь знаешь, что к султану не приходят с пустыми руками. А что я могу принести подходящего для его султанского величества?

Алладин вскочил с постели и весело крикнул:

– Не беспокойся об этом, матушка! Возьми одно из золотых блюд и наполни его драгоценными камнями, которые я принес из сада. Это будет подарок, достойный султана. У него, конечно, нет таких камней, как мои!

Алладин схватил самое большое блюдо и доверху наполнил его драгоценными камнями. Его мать взглянула на них и закрыла глаза рукой – так ярко сверкали камни, переливаясь всеми цветами.

– С таким подарком, пожалуй, не стыдно идти к султану, – сказала она.

– Не знаю только, повернется ли у меня язык сказать то, о чем ты просишь. Но я наберусь смелости и попробую.

– Попробуй, матушка, только скорее. Иди и не мешкай.

Мать Алладина покрыла блюдо тонким шелковым платком и пошла ко дворцу султана.

"Ох, выгонят меня из дворца и побьют, а камни отнимут, – думала она.

– А может быть, и в тюрьму посадят".

Наконец она пришла в диван и встала в самом дальнем углу. Было еще рано, и в диване никого не было. Но постепенно он наполнился эмирами, визирями, вельможами и знатными людьми царства в пестрых халатах всех цветов и стал похож на цветущий сад.

Султан пришел позже всех, окруженный неграми с мечами в руках. Он сел на престол и начал разбирать дела и принимать жалобы, а самый высокий негр стоял с ним рядом и отгонял от него мух большим павлиньим пером.

Когда все дела были окончены, султан махнул платком – это означало конец – и ушел, опираясь на плечи негров.

*

Продолжение

*

Хотите читать сказки, рассказы и другие новинки сразу же, после их появления? Для этого вовсе не обязательно на них подписываться! Просто перейдите по ссылке и нажмите "Да". Теперь все новинки будут отображаться в вашем браузере на странице поиска Yandex.

Пост!
Свежие комментарии
Мы вКонтакте
Архивы
© 2017 Любимые сказки из детства
Яндекс.Метрика
sac goyard pas cher sac goyard pas cher sac goyard pas cher sac goyard pas cher sac goyard pas cher woolrich outlet woolrich outlet woolrich outlet woolrich outlet woolrich outlet moncler outlet moncler outlet moncler outlet moncler outlet moncler outlet peuterey outlet peuterey outlet peuterey outlet peuterey outlet peuterey outlet